Газета «Культура»

97 подписчиков

А спонсора все нет: успеем ли спасти Виноградово?

А спонсора все нет: успеем ли спасти Виноградово?

Проблема сохранения памятников — одна из самых больных в современной России, и это касается практически всех аспектов: выявления, обследования, изучения, публикации документов, издания литературы. Как исчезли когда-то древние цивилизации, оставив после себя жалкие, хотя и весьма привлекательные для человечества обломки, так и старая российская культура уходит, передав нам в целости и сохранности лишь отдельные образцы своего искусства. Не исключение в этом плане — усадьба Виноградово, находящаяся ныне на севере Москвы, на границе с городом Долгопрудным, унаследовавшим название железнодорожной платформы. Последнюю соорудили в свое время для владельцев имения.

В 1911 году Виноградово было приобретено Эммой Банзой, урожденной Вогау (1840–1919), представительницей одного из виднейших банкирских кланов старой Москвы. Ее первый муж купец 2-й гильдии Василий Герман (1839–1875) был одним из учредителей известного Торгового дома «Брокар и Ко», занимавшегося производством и продажей парфюмерии. Второй супруг — коммерции советник Конрад Банза (1844–1901), директор страхового общества «Якорь», товарищ председателя совета Московского учетного банка и один из совладельцев Торгового дома «Вогау и Ко», основанного отцом Эммы Максимовны.


Будущая владелица имения и сама в 1879–1893 годах входила в состав правления «Брокара и Ко», сменив на этом посту своего первого мужа. Унаследовав состояния обоих супругов, имея к тому же собственные средства, Банза располагала большими возможностями для перестройки понравившейся ей усадьбы. Возможно, она ей приглянулась еще и потому, что соседние Липовка (Липки-Алексейск) и Архангельское-Тюриково принадлежали родственникам — Руперти и Маркам.

Хозяйка рассматривала Виноградово как уютное и комфортное место летнего отдыха, а не как объект для извлечения прибыли, поэтому в отличие от большинства усадеб здесь было выстроено два дома, которые можно считать господскими. В них жили Эмма Максимовна и ее сын от первого брака, купец 1-й гильдии Роберт Герман (в довоенных документах значится как Рудольф, но во время Первой мировой он, вероятно, изменил имя на английский манер) с семьей. Их большие двухэтажные особняки носят условные названия «старый» и «новый», хотя построены почти одновременно, в 1911–1912-м, Артуром Карстом по проекту Ивана Рыльского, ставшего впоследствии деканом архитектурного факультета ВХУТЕМАСа. На охранной доске, укрепленной на воротах у въезда со стороны Дмитровского шоссе, до сих пор указана фамилия зодчего Ивана Жолтовского — его долгое время ошибочно считали проектировщиком усадьбы. Не исключено, что в Виноградове мог трудиться и брат Рыльского архитектор Константин Аполлонов, принимавший участие (вместе с Рыльским и Карстом) в строительстве зданий для семей Банза и Вогау на улице Воронцово Поле в Москве.

Первым на месте старинного, сгоревшего в 1905-м господского дома было выстроено неоклассическое деревянное (оштукатуренное) здание для Эммы Банзы. По свидетельству первого исследователя Воронцова Андрея Ильина, это произошло в 1911 году. Однако на тимпане фронтона западного фасада среди лепнины — щедрых рогов изобилия с цветами и плодами — римскими цифрами выведено: MСMXII, то есть 1912 год, что соответствует дате, которая была начертана на воротах въезда в усадьбу. Тогда, судя по всему, дом был окончательно отделан. Поскольку его строительство началось раньше соседнего здания, сооруженного в 1912-м, особняк Банзы называли «старым домом».

Он имеет традиционную симметричную трехчастную композицию из основного объема с портиками под фронтоном и боковых крыльев, соединенных пониженными переходами. Принадлежность к неоклассицизму выдают приземистые пропорции и разные оформления фасадов: центр композиции со стороны парадного двора акцентирован балконом на колоннах с полуциркульной аркой сверху, а со стороны пруда — лоджией с колоннами большого ордера (ее фланкируют трехгранные эркеры-фонарики), открытой террасой и некоторыми другими элементами.

Сохранившиеся фрагменты отделки интерьеров свидетельствуют о том, что помещения были обустроены с большим вкусом. Любопытен двусветный парадный Розовый зал с хорами, огражденными легкими балюстрадами (увы, в ходе ремонта в 2005 году стены приобрели «кислотную» окраску). Довольно необычно расположение парадного зала, оказавшегося не в центральной части здания, а в южном переходе.

Одним из самых больших старых деревянных особняков в России является так называемый «новый дом», ставший господским после перехода Виноградова к Роберту-Рудольфу Герману в 1914 году. Остекленный переход соединяет его с кухонным двухэтажным, выстроенным в неоклассических формах флигелем.

«Новый дом» привлекает красотой внешнего убранства. Вместе с тем архитектура лишена стилистической чистоты, представляет собой несколько неожиданное для неоклассицизма сочетание ампира (многочисленные тосканско-дорические колонны, полуциркульное окно в центре главного северного фасада) и петербургского барокко (овальные чердачные окна, лучковый фронтон в центре южного паркового фасада), что является редкостью для средней полосы России. В целом это одна из самых замечательных усадеб на территории столицы.

Деревянная основа стен «нового дома» в отличие от декорированного штукатуркой «старого» обнажена и подчеркнута архитектурными деталями, выполненными «под белый камень». Здесь также использована трехчастная композиция: центральный ризалит выделен «красиво нарисованной», увенчанной вазоном, перекликающейся со здешней Владимирской церковью барочной башней-бельведером с часами. Она подчеркивает парадность главного фасада и, несомненно, имеет итальянский прототип. Композиция дома Германа асимметрична, что говорит о влиянии модерна. Особенно примечательны были кессонные потолки комнат (на первом этаже) и деревянная отделка вестибюля (обоих этажей) с парадной лестницей, над которой висела огромная люстра-шар (утрачена в 1990-е).

На первом этаже в вестибюле находился встроенный гардероб, на тыльной стороне кафельной печки — витраж из стекла с травлением, по-видимому, в нем переливались печные огни. В здании было несколько каминов.

Сегодня уникальный, не имеющий аналогов в Москве и Подмосковье ансамбль находится в аварийном состоянии. Уже к середине 1980-х дом Германа сильно обветшал, а после того, как в 1991 году в центральном, расположенном на первом этаже и выходящем на южную сторону зале обвалился потолок, руководство расположенного в усадьбе детского областного кардиологического санатория перестало выделять средства на поддержание здания. Уже в 2011-м обрушилась деревянная терраса, примыкавшая к его восточной части.

Современное состояние дома Германа — катастрофическое. Он, по сути, находится на грани гибели: сруб перекошен, окна заколочены, отключены отопление и электричество, в дырявой кровле в нескольких местах образовались провалы (не выдержала тяжести снега, который никто не убирал), покосилась башня-бельведер. В результате объект начал превращаться в груду использованных стройматериалов, и даже то, что его завесили строительной сеткой, не спасает от ощущения полного краха.

Ситуация с домом Эммы Банзы несколько лучше. Здание эксплуатировали бережнее, а детский санаторий из него съехал сравнительно недавно (отсутствие пользователя никакому строению не идет на пользу). Усадьбу нужно спасать как можно скорее, если мы не хотим потерять ее безвозвратно.

Значительная часть вины в том, что произошло, лежит на руководстве и кураторах санатория, однако ситуация, при которой оказавшийся в черте Москвы объект культурного наследия городу не передан, выглядит патовой.

Какое-то время занял процесс переоформления прав на эту недвижимость, что произошло в 2015 году. Попытка со стороны министерства имущества Московской области передать Виноградово в аренду по губернаторской программе «Рубль за метр» ни к чему не привела: чем дальше от исторического центра столицы, тем хуже работают такие программы.

В феврале 2020-го управлением Следственного комитета России по Московской области была проведена проверка в связи с сообщениями о бездействии чиновников и гибели по их вине усадьбы Виноградово, после чего ее наконец-то передали Москве. Департамент городского имущества выставил охрану, которая старается никого не впускать на территорию.

2 октября 2020 года департамент культурного наследия города выпустил распоряжение № 635 «Об утверждении предмета охраны объекта культурного наследия федерального значения (ансамбля) «Усадьба Виноградово». Но экстренные, практические действия по спасению пока так и не были предприняты.

Остается надеяться лишь на то, что ситуация начала меняться после трансляции в марте 2021 года на телеканале «Россия 1» сюжета о гибнущем Виноградове, во всяком случае глава Следкома поручил подчиненным из подмосковного главка доложить о результатах прошлогодней проверки и принятых мерах.

Материал опубликован в июньском номере журнала Никиты Михалкова «Свой».

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх